Добрый день, дорогие друзья!
15 июля отмечается День памяти Михаила Юрьевича Лермонтова, выдающегося русского поэта, прозаика и драматурга, одного из самых талантливых представителей интеллигенции XIX века. В далеком 1841 году в Пятигорске выстрел из дуэльного пистолета оборвал жизнь автора множества известных произведений, по праву занимающих отдельную нишу в сокровищнице русской литературы. Творчество Лермонтова, в котором сочетаются гражданские, философские и личные мотивы, отвечавшие насущным потребностям духовной жизни русского общества, ознаменовало собой новый расцвет русской литературы и оказало большое влияние на виднейших русских писателей и поэтов XIX и XX веков. Произведения Лермонтова получили большой отклик в живописи, театре, кинематографе. Его стихи стали подлинным кладезем для оперного, симфонического и романсового творчества. Многие из них стали народными песнями.
Михаил Юрьевич Лермонтов родился 15 октября 1814 г. в Москве в доме у Красных ворот. Отец, Юрий Петрович, отставной пехотный капитан, из обедневшей дворянской семьи; мать, Мария Михайловна, урожденная Арсеньева (из рода Столыпиных). Род Лермонтовых берет начало в Шотландии, он запечатлен в легендах о Томасе Лермонте, авторе древнейшего варианта «Тристана и Изольды».
В биографии Лермонтова Михаила Юрьевича после домашнего образования началась учеба в университетском пансионе Москвы. Там были написаны первые стихотворения Лермонтова. Затем в жизни Лермонтова проходило обучение в Московском университете, школе гвардейских подпрапорщиков Петербурга.
Начал служить в Гусарском полку, Царском селе. За произведение Лермонтова «Смерть поэта», был арестован, отправлен в ссылку. По пути на Кавказ Лермонтов на месяц останавливается в Москве. Тогда же было написано произведение Лермонтова «Бородино» к годовщине сражения.
Во время кавказской ссылки творчество Лермонтова только расцветает: кроме литературы он занимается еще живописью. Благодаря ходатайствам бабушки возвращается в Петербург, восстанавливается на службе.
Дальнейшее творчество в биографии Михаила Юрьевича Лермонтова связано с редакцией “Отечественных записок”. За дуэль с Э. Барантом поэт снова отправлен в ссылку на Кавказ, где участвует в военных действиях.
Лирика Лермонтова имеет свойство отчужденности, тяготения к вечности. Произведения Лермонтова «Мцыри», «Бородино», «Герой нашего времени», «Маскарад», «Демон», «Узник» считаются одними из лучших.
В Пятигорске, возвращаясь со второй ссылки, Лермонтов встретил старого товарища Мартынова. Тот, оскорбившись на злую шутку поэта, вызывает Лермонтова на дуэль. На этой дуэли настигла Лермонтова смерть.
В.Г. Белинский говорил, что книгам Лермонтова суждено выходить до тех пор, пока русские будут говорить русским языком. Любимый поэт России по сей день остаётся самым таинственным русским классиком. Его жизнь овеяна зловещими слухами и легендами. Легенды возникают там, где власти скрывают правду. При Николае I самое имя поэта запрещалось упоминать в печати. В эпоху «гласности и перестройки» Александра II кинулись навёрстывать упущенное, но ушли из жизни свидетели, многие факты были навсегда утрачены. Все, что мы знаем сейчас о Михаиле Юрьевиче Лермонтове сосредоточено в книгах, это воспоминания, людей знавших поэта, это литературоведческие исследовательские работы, это его творческое наследие. Мы предлагаем Вашему вниманию книги о жизни и творчестве поэта. Они помогут вам лучше узнать и понять самого мистического поэта русской литературы XIX века.
В творческой деятельности М.Ю. Лермонтова нельзя не усмотреть, прежде всего, черт наследственных и приобретенных воспитанием. В детстве в нем переплелось множество противоречивых черт: особая чуткость, нежная восприимчивость болезненной натуры, избалованной тепличным женским воспитанием, склонность к меланхолии и мечтательность, а также, привитая барским воспитанием, своенравность, взбалмошность, нежелание строго соблюдать существующие нормы, дух самовластия, эгоизма, соединенный с жаждой теплых родственных чувств, любви и нежности.
С раннего детства у М.Ю. Лермонтова формировались удивительные способности к анализу. На фоне тщательного анализа всего происходящего, постоянных скептических оценок окружающих его людей развивался характер будущего поэта. Основная черта личности поэта — сочетание пылкого чувства и холодного ума — наложило отпечаток на все его творчество, повлияло на все перипетии его печальной и бурной жизни. М.Ю. Лермонтов упорно и настойчиво искал себя во всех своих произведениях. Все его герои — это этапные пункты в истории духовного и нравственного развития самого поэта. Герои произведений М.Ю. Лермонтова предъявляют к жизни неясные, но вполне идеалистические требования, встречаются с множеством разочарований. Отсюда — тоска, отчаяние, безнадежность, озлобление, презрение к людям и масса других пессимистических настроений.
Герои М.Ю. Лермонтова жаждут добра, верят в свое возрождение, но и здесь их не минует разочарование. У поэта остается один выбор — месть злой и нелепой судьбе или дерзкий ей вызов.
Во всех самых ранних произведениях М.Ю. Лермонтова мы встречаем мысль о великом призвании сильного человека, о печалях и странствиях, сопутствующих подвигам метущейся натуры, о женской любви, поддерживающей человека и способной его спасти от несчастья. Достаточно вспомнить героев юношеских драм М.Ю. Лермонтова (Ю. Волин, Арбенин, А.Радин) — все они доверчиво вступают в жизнь и всегда приходят к полному в ней разочарованию. Они последовательно разувериваются в дружбе, семейной привязанности, любви.
Настоящая биография М.Ю. Лермонтова была наперед им предсказана и гениально представлена в первом русском психологическом романе, «Герое нашего времени», а дальнейшее развитие этот тип характера получил в повести «Исмаил-бей».
По характеру дарования Лермонтов, как и Пушкин, был, прежде всего, поэтом-лириком с рано сформировавшимся обостренным чувством личности. Лирические стихотворения занимают центральное место в его литературном наследии, как по числу произведений, так и по их особой значимости для лермонтовского эпоса (поэмы, роман «Герой нашего времени») и драматургии («Маскарад»).
Именно в лирике наиболее полно отразились основные творческие интересы писателя, его идейные и художественные искания, факты личной биографии и «биографии» его поколения. Лермонтов, в отличие от многих русских писателей, не писал критических статей, рецензий и теоретических работ. Его представления о поэте и поэзии выражены в лирических стихотворениях.
Замыслы ряда крупных произведений Лермонтова складывались в лирическом творчестве. Например, работе над поэмой «Демон» предшествовало стихотворение «Мой демон» (1829), из «Думы» (1838) вырос «Герой нашего времени», многие эпизоды «кавказских» поэм возникли из предварительных поэтических «заготовок» в ранней лирике. Иногда Лермонтов целиком вводил тексты стихотворений в другие произведения. Находки, сделанные в ранней лирике, становились своеобразным «строительным материалом» и для позднейших стихотворений, и для поэм. Основой некоторых стихотворений, написанных в 1837-1840 гг., — «Узник», «Сосед», «Памяти А.И. Достоевского», «Договор» и др. — стали образы, строфы или отдельные строки ранних стихотворений. Самоповторения и автоцитаты — важнейшая особенность лермонтовского творчества, связанная с беспримерной для русской поэзии первой половины XIX в. привязанностью Лермонтова к ключевым темам и мотивам. Они варьировались во многих произведениях, отражая нюансы его идейно-эстетической позиции на разных этапах художественного развития. Самоповторения возникали не только в различных редакциях одного стихотворения, но и в ряде стихотворений, так как поэт добивался наиболее точного словесного выражения своих мыслей.
Основная особенность лермонтовской лирики — ее протестующий, бунтарский и одновременно трагический характер. Источники трагического бунтарства — признание безграничных прав личности, оказавшейся в конфликте с обществом, эпохой, утратившей цельность и гармоничность восприятия мира, кризис веры в возможность осуществления общественных идеалов, острое осознание распавшейся «связи времен», ощущение исторического «промежутка», который обессмысливает любое действие, делает любую мечту несбыточной.
В ранней лирике 1828-1832 гг. личность романтика противопоставлена «целому миру». Конфликт с миром означал не только противостояние обществу, но и мятеж против «неба», Бога и мироздания. Романтическая антитеза «человек—мир» побуждала лирического героя Лермонтова остро ощущать собственное избранничество. Лирическое «я» — могущественная личность, способная единолично разрешить коренные вопросы общественного и нравственного устройства мира, который кажется ей абсолютно несовершенным, лишенным гармонии, а нередко и смысла. Герой ранней лирики был «избранником неба», убежденным в том, что его ожидает прекрасная и трагическая судьба. И хотя в стихотворениях Лермонтова не говорилось о конкретном содержании жизненного пути героя, смысл его был вполне ясен: это не жизнь среди толпы посредственностей, а высокая миссия — личная, гражданская и поэтическая:
Настанет день — и миром осужденный. Чужой в родном краю, На месте казни — гордый, хоть презренный — Я кончу жизнь мою...
Лирический герой словно перебирает варианты своей судьбы, не останавливаясь ни на одном. В каждом из них — конфликт с миром, противоречие между его ролью мессии и отчуждением от людей:
За дело общее, быть может, я паду Иль жизнь в изгнании бесплодно проведу; Быть может, клеветой лукавой пораженный, Пред миром и тобой врагами униженный, Я не снесу стыдом сплетаемый венец И сам себе сыщу безвременный конец... («Из Андрея Шенье», 1830-1831).
Лермонтов — лирик, убежденный в своем избранничестве, пророчил себе судьбу странника, скитальца, вечного юноши с грузом «надежд разбитых» в душе. Один из самых выразительных поэтических манифестов раннего Лермонтова — стихотворение «Нет, я не Байрон, я другой…» (1832) — завершается «лирической дерзостью»: только он сам, «неведомый избранник», или пославший его на землю Бог могут рассказать толпе об «угрюмом океане» его души:
Кто может, океан угрюмый, Твои изведать тайны? кто Толпе мои расскажет думы? Я — или Бог — или никто!
Юный Лермонтов отказывается от привычных жизненных ценностей: он не верит в счастье, не ценит покой и окружающую его гармонию. Смысл своего «плавания» по бурному «морю» жизни романтический бунтарь, побуждаемый духом протеста и мятежа, видит не в достижении счастья, не в бегстве от него, а в самом движении. В коротком стихотворении «Парус» (1832) по существу представлена целая программа жизни романтика с мятежной душой, который покою предпочитает бурю, с презрением относится к любому «берегу», ограничивающему его свободу. Гармония в природе раздражает его, ведь она не соответствует его собственной жажде бури и мятежа. Одинокий романтик «просит бури» — только она способна примирить его с миром. Стремление выработать собственную программу «жизне-строения», то есть романтического переустройства мира, — главная особенность романтического героя ранней лирики Лермонтова. Поэт-романтик отрекается от своей прозаически-будничной биографии, вбрасывающей его в круг «низкой» реальности. Его чувства предельно гиперболизированы. Лишенные эмоциональных полутонов и оттенков, они становятся всепоглощающими страстями, не похожими на обычные человеческие чувства. Лирический герой бросает вызов и «земле», и «небу». И земное, и небесное вызывают в нем настроения глубокой тоски, отчаяния, острого скептицизма. Он осознает неразрешимое противоречие между своими героическими порывами, нравственным максимализмом и ненужностью его подвигов ни обществу, ни мирозданию. Покой и гармония в окружающем мире приводят его к мысли, что он «чужд всему». Его протест — это жажда расшевелить мир, ценой самопожертвования заставить его преодолеть косность, инерцию и «спокойствия туман»:
Я жить хочу! хочу печали Любви и счастию назло; Они мой ум избаловали И слишком сгладили чело. Пора, пора насмешкам света Прогнать спокойствия туман; Что без страданий жизнь поэта? И что без бури океан? Он хочет жить ценою муки, Ценой томительных забот. Он покупает неба звуки, Он даром славы не берет. («Я жить хочу! хочу печали...», 1832)
Важная особенность ранней лирики Лермонтова — ее камерность. Поэт писал не для публики, а для себя. Несмотря на то, что многие стихотворения представляют собой лирические манифесты, они не рассчитаны на посторонних читателей. У многих из них всего один «адресат» — сам поэт. Легенда о юноше-избраннике, воплощенная в лирике 1828-1832 гг., была необходима Лермонтову не для огласки, не для молвы, а для самопознания. Ранние стихотворения — своеобразный лирический «документ», дневник самопознания, в котором на первом плане оказался внутренний опыт самого поэта. Словесные формы этого дневника далеки от совершенства: ведь его не волновали ни мнения читателей, ни оценки критиков и поэтов-современников. Пророчества о своей судьбе Лермонтов облекал в «одежды» общедоступных и традиционных мотивов и образов романтизма. «Ученическая» поэтическая форма и лирическая «автобиография», вдохновленная ранней духовной зрелостью поэта, образовали неповторимый сплав.
Ранние стихотворения Лермонтова — лирический «дневник», в котором лирические размышления были составной частью становления личности. Главный мотив творчества — внутренняя жизнь поэта, его мысли и мечты. Новизна слов и образов была несущественной, к ней Лермонтов в эти годы поразительно равнодушен. Он созидал свою судьбу, а в стихах выразил то, чем питалась его душа, видя в них неизбежных спутников своей юности, способных запечатлеть «невыразимое», не вмещавшееся в узкие рамки привычного «прозаического» слова. Герой ранней лермонтовской лирики, по мироощущению тождественный самому Лермонтову, жил ожиданием «славных» или «ужасных» дел, которые он совершит на поприще, вдохновленном или Богом, или Демоном. Поэта интересовал не нравственный смысл его будущих деяний, а сама «высота» цели, которую он будет штурмовать. Он был убежден, что не в словах, а в действии заключен истинный смысл его жизни.
В 1833-1835 гг. лирическая струя в творчестве Лермонтова почти иссякает: за четыре года написано лишь несколько стихотворений. Поэт теряет интерес к закрытому от посторонних лирическому комментированию собственной судьбы. «Возрождение» лирики началось на новом витке лермонтовской творческой «спирали». В 1836 г. было написано несколько стихотворений, но резкие изменения в характере лирического творчества произошли в 1837 г.
К середине 1830-х гг. Лермонтов осознал, что будущее, о котором он мечтал в ранней лирике, стало его несбывшейся судьбой: «жизнестроительная» утопия романтика рухнула. Широкий общественный резонанс, вызванный стихотворением «Смерть Поэта», открыл новую возможность — превратить несбывшуюся судьбу в новую общественную и эстетическую роль. Это роль поэта-пророка, не только дерзко бросающего вызов обществу и мирозданию, но и подводящего предварительные итоги своей жизни и жизни своего поколения.
Этапное стихотворение, в котором выражена новая позиция Лермонтова-лирика, — «Дума» (1838). Впервые поэт включил свое лирическое «я» в «мы» современников. Не отождествляя себя со своим поколением, он считает себя его частью: «Печально я гляжу на наше поколенье!», но «Богаты мы, едва из колыбели…», «Мы иссушили ум наукою бесплодной…» Только одно позволяет Лермонтову отделить себя от современников: то, что он поэт, имеющий право судить этих людей, которые в остальном не отличаются от него самого. Поэт должен сказать горькую правду о своем поколении. В этом теперь он видит свой долг, ожидая от своего слова действия.
С 1837 года Лермонтов, считая себя поэтом-пророком, совестью своего поколения, хотел, чтобы его слышали: он писал стихи уже не для себя, а для публики. Делом его жизни стала поэзия. Сознание высоты своей поэтической миссии придало ему силы и в то же время заставило пристально всматриваться в собственную душу, находить в самом себе те же нравственные и психологические качества, что и в современниках. Он верил в свою правоту и одновременно сомневался в своих силах, в успехе своей миссии поэта-пророка. В 1838 г. было написано стихотворение «Поэт», в котором Лермонтов выразил свои представления об идеале поэта-пророка, назвав современного поэта «осмеянным пророком». «Думы» о поколении и размышления о сути и смысле творчества шли, таким образом, рука об руку.
Лермонтовское представление о поэте коренным образом отличается от пушкинского. Для Пушкина одиночество поэта — непременное условие творчества, воздействие на современников он не рассматривал в качестве главной цели поэтического труда. Для Лермонтова именно задача, сформулированная в пушкинском «Пророке», — «глаголом жги сердца людей» — единственный подлинный критерий поэта и поэзии. Творческий процесс в понимании Лермонтова, в отличие от Пушкина, не уединенный поиск «союза высоких звуков, чувств и дум», а публичное действо, которое способно захватить, воодушевить публику или вызвать у нее злобный смех. Не для «звуков сладких и молитв» рожден поэт, по мнению Лермонтова, а для того, чтобы «провозглашать любви и правды чистые ученья». Цель поэта — не движение к гармонии, а порыв к правде, обнажающей «приличьем скрашенный порок».
В программном стихотворении «Журналист, читатель и писатель» (1840) создана яркая картина творчества романтического поэта-пророка, пишущего под «диктовку» совести и «сердитого» ума:
Бывают тягостные ночи: Без сна, горят и плачут очи, На сердце — жадная тоска; Дрожа, холодная рука Подушку жаркую объемлет; Невольный страх власы подъемлет; Болезненный, безумный крик Из груди рвется — и язык Лепечет громко, без сознанья Давно забытые названья... Тогда пишу. Диктует совесть, Пером сердитый водит ум: То соблазнительная повесть Сокрытых дел и тайных дум; Судья безвестный и случайный, Не дорожа чужою тайной, Приличьем скрашенный порок Я смело предаю позору; Неумолим я и жесток...
![](http://lermontov.blogs.donlib.ru/wp-content/uploads/sites/34/2022/07/2ju-1.jpg)
Поэт понимал трагическую разобщенность «осмеянного пророка» и общества, которое отвечает на слова правды бранью, презрением и насмешками. Судьба современного поэта показана в стихотворении «Пророк» (1841). В нем Лермонтов как бы отвечает на вопрос, заданный им в последней строфе «Поэта». В «Пророке» воплощен сложный эмоциональный комплекс, в котором переплелись страстная жажда воздействия поэтического слова на умы и сердца людей и беспощадная самоирония, обличение самодовольной толпы и осознание слабости самого поэта-пророка. Изгнанный людьми, он утешается бессмысленной проповедью в пустыне:
Завет предвечного храня, Мне тварь покорна там земная; И звезды слушают меня, Лучами радостно играя.
Два лирических шедевра Лермонтова, созданные в последние полгода его жизни, завершили размышления поэта о жизненном пути современного человека, который должен преодолеть свое отчаяние, разлад с миром и найти свою дорогу. Она может быть либо «проселочным путем», затерявшимся на просторах родины, вдали от ненавистной цивилизации, от широкого тракта, по которому мчатся толпы современников-пошляков, либо «кремнистым путем», уводящим его от горестей несостоявшейся жизни к гармоническому слиянию с вечностью и мирозданием. «Родина» и «Выхожу один я на дорогу…» — два варианта судьбы лирического героя, которые, при всем своем внешнем различии, внутренне близки. И «странная любовь» к родине, и «свобода и покой», которых ищет герой стихотворения «Выхожу один я на дорогу…» вне привычной жизни, способны умиротворить его душу, дать ему возможность ощутить вместо опостылевшего разлада с миром близость к вечным ценностям: природе, любви, чувство радости жизни. Если в «Родине» Лермонтов еще среди современников, полемизирует с ними, то в стихотворении «Выхожу один я на дорогу…» он уже среди потомков, которым оставляет свое поэтическое завещание, как бы свой «проект» «памятника нерукотворного».
Лирический герой «Родины» — путешественник, проезжающий проселочными дорогами по просторам степной России. Он говорит о любви к «неофициальной» России, скрытой за фасадом официального патриотизма, признающего только «славу, купленную кровью» и «полный гордого доверия покой», и восторгами «квасных» патриотов, которые ценят «темной старины заветные преданья». Лирический герой ясно видит, что нужно отбросить, что не может быть предметом его любви, даже если это кажется «странным» его современникам. Четыре раза поэт подчеркивает необычность своего патриотизма: «Люблю отчизну я, но странною любовью!», «Не победит ее рассудок мой», «Но я люблю — за что не знаю сам…», «С отрадой многим незнакомой…» Лирическая исповедь героя, который в этом стихотворении особенно близок к Лермонтову, приобретает острый публицистический оттенок.
Настоящий патриотизм — это любовь к России народной, которая открывается лирическому герою как необозримая страна, увиденная словно с высоты птичьего полета, и как страна простых людей, занятых своими повседневными заботами. Композиция стихотворения подчинена идее приближения лирического героя к главному — образам русских мужиков, олицетворяющих не государство с его жандармскими «мундирами голубыми» (см. стихотворение «Прощай, немытая Россия…», 1841), а подлинную Россию, страну, живущую своей жизнью, и ее народ, поющий и пляшущий по-своему, а не по указке всесильных, казалось бы, «пашей» из Петербурга:
С отрадой многим незнакомой Я вижу полное гумно, Избу, покрытую соломой, С резными ставнями окно; И в праздник, вечером росистым, Смотреть до полночи готов На пляску с топаньем и свистом Под говор пьяных мужичков.
В лирико-философской исповеди «Выхожу один я на дорогу…» голос поэта обращен к самому себе. Стихотворение — акт его философского самосознания. В нем развернуты две важнейшие лирические темы: тема пути, заявленная в первой строфе, и тема будущего, предстающая как принципиально новая для Лермонтова поэтическая утопия «свободы и покоя». В начале стихотворения звучит один из ведущих мотивов лермонтовской лирики — мотив одинокого странничества по жизни, «кремнистому пути», уводящему в будущее. Земная жизнь осмыслена как «пустыня», место уединенной встречи лирического героя со вселенной. Земля не противостоит небу: «пустыня внемлет Богу». Это отражение небесного согласия, божественной гармонии мироздания. Но величественное зрелище ночи («В небесах торжественно и чудно! / Спит земля в сиянье голубом…») резко противопоставлено дисгармонии и разладу в душе лирического героя («Что же мне так больно и так трудно? / Жду ль чего? жалею ли о чем?»). Сталкиваются гармония космоса и хаос души героя, гордо сопоставившего себя с мирозданием. Вселенная для него — только часть мучительной жизни, лишенной воспоминаний о прошлом и надежд на будущее. Неразрешимый конфликт с жизнью не устраняется, а преодолевается — ценой отречения от жизни, устремлением лирического героя к фантастической грёзе о полужизни-полусне-полузабытьи.
Трудно передать те чувства, которые испытываешь, читая стихотворения поэта. Невероятно богатство и разнообразие его пейзажей и тех мыслей и эмоций, которыми они наполнены. Можно „ долго спорить о том, какой же он на самом деле — великий Лермонтов. И трудно найти однозначный ответ. Ведь для каждого человека он свой — любимый и близкий именно ему, волнующий и неповторимый. И это, мне кажется, главная особенность лирики Лермонтова — передавать минутные настроения, и глубокие размышления. Грустить и радоваться, постоянно меняться, каждую минуту быть другим, но всегда говорить правду о том, что на душе.
Мероприятие подготовила заведующий сектором Харьковская Н.А.