Литературно-музыкальная программа «Мы жили в этом городе»

19 января 2021года исполнилось 110 лет со дня рождения великого гражданина Отечества, человека-эпохи, русского богатыря, интеллигента, крупнейшего общественно-политического деятеля советского времени, творца: поэта, публициста, просветителя, журналиста, издателя, драматурга, главного редактора журнала «Огонек» —  Анатолия Владимировича Софронова. Анатолия Софронова смело можно отнести к тем писателям, творчество которых поможет читателю будущего ощутить романтику и дыхание беспокойной эпохи ХХ века, поможет понять характер и душу русского человека. Родился он в Минске, в семье юриста, но до семи лет жил с родителями в Сибири, затем на Дону, сначала в станице Усть-Медведицкой, а затем, в годы Гражданской войны, в Новочеркасске среди казаков – там и сейчас покажут вам дом на улице Декабристов, где жили Софроновы.

Информ -минутка «Софронов и «Ростсельмаш»»

С 1929 по 1935 г. Анатолий Софронов  работал на заводе  «Ростсельмаш» слесарем и фрезеровщиком, но даже этот жизненный этап стал шагом на пути к его творческому становлению. Во время работы на заводе Анатолий Софронов опубликовал свои очерки и стихи в заводской газете, а также руководил заводской агитбригадой, которая позже была переформирована в литературную группу при газете «Сельмашстроевец». Далее литературная группа преобразовалась в литературное объединение «Ростсельмаш», которое по сей день ведёт свою активную литературную деятельность при библиотеки имени М.Ю.Лермонтова МБУК Ростовская-на-Дону городская ЦБС.

Помимо Анатолия Софронова  в литературную группу входили Илья Котенко, Пётр Симонов, Константин Прийма, Дмитрий Евтушенко и другие. Нередко их посещали столичные знаменитости, делившиеся с начинающими писателями своим опытом. В их числе были Мариэтта Шагинян, Степан Щипачёв, Николай Асанов и Максим Горький. На одном из литературных вечеров Анатолий Софронов познакомился с Михаилом Шолоховым, который уговорил молодого человека продолжать развивать свое литературное творчество. И уже спустя год Софронов стал студентом литературного факультета Ростовского педагогического института.

Первая книга стихов «Солнечные дни» вышла в Ростиздате в 1934 году. В 1937 году Анатолий Владимирович окончил Ростовский пединститут. С первых дней Великой Отечественной войны ушёл на фронт.

Литературная минутка «Письмо на юг».

Перед войной, а особенно в военные и послевоенные годы широкую популярность приобрели песни на стихи Анатолия Софронова.

Музыкальная пауза «Как у дуба старого».

Таланту Анатолия Софронова присуща народность, берущая начало в устной народной поэзии, в любви к донской земле.

По затуманенным низинам

Гуляют цапли на песке,

И черноталовой лозиной

Их ноги кажутся в реке.

Однако, совсем не безмятежна жизнь издавна называемых казаками людей на этих окаймлённых чаканом, красноталом и черноталом берегах. Трудная, славная и противоречивая история казачества оживает в стихах поэта.

Поэтическая минутка «Седло»

В те годы на две стороны — на две непримиримо враждующие силы раскололась эта донская сторона. Шолохов уже рассказал об этом на страницах «Тихого Дона», но у поэзии свой язык. В стихотворении «Медвежье ухо» можно прочитать, как пробирается сквозь заросли тёрна к изрубленному белоказачьими шашками красному партизану и прикладывает к его ранам медвежье ухо сынишка белого казака:

— Убили за Доном отца партизаны,

На хутор его привезли,

Лежит он не дышит и плача не слышит,

Не встанет он больше с земли.

— Убили…

— Убили…

…Воды да краюху

Принёс я, поешь да попей…

В степи отыскал я медвежье ухо, —

Затянутся раны скорей.

Вся история донского казачества проходит перед нами в стихотворении «Казачья слава». Начиналась она на старых древних курганах, шла с Ермаком за Урал и в Сибирь, победила в Азовском сидении, поднималась у стен Измаила и шла за Суворовым, с Давыдовым громила французов. С Первой Конной и Семёном Будённым поехали в бой казаки и в боях добыли бессмертную славу.

Казачья слава ты вновь зашумела!

И встала по первому зову страны

За честь, за свободу, за правое дело

Ковыльного Дона лихие сыны.

И вот потянулись степями от Дона,

И вот засверкали под солнцем клинки:

К гвардейским дивизиям шли под знамёна

Рубаки донские, орлы-казаки.

Незадолго до войны поэт писал о тех пороховых погребах в донской степи, которые давно уже стали винными погребами. Только старое название и сохранилось за ними. По неписаному обычаю молодой казак, отправляясь на службу, непременно обязан был принять из этих погребов чарку с вином:

Допить до дна не проливая,

Почуять порох на губах,

Чтоб сила, хватка боевая,

Была в мужающих руках.

С этим казаком и встретится потом в дни войны в донском кавалерийском корпусе генерала Селиванова. И тогда отблеск бессмертника и полынка упадёт на строчки его фронтовых стихов.

Полынок.

Каблуками, сапогами, иноземными гвоздями

Пригибали полынок, чтоб подняться он не мог.

Серебристый полынок.

Он горел не догорая, умирал не умирая,

У курганов у дорог, где остался там и лёг

Серебристый полынок.

Под метелью, под снегами, под искрошенными льдами,

Обгоревший он лежал, тонкий, острый как кинжал,

Серебристый полынок.

Анатолий Софронов начинал свой фронтовой путь в редакции 19-й армии, оборонявшие дальние подступы к Москве на Смоленском направлении. Там сразу развернулись ожесточённые сражения. И в первые же месяцы боёв в 19-й армии погибли многие из ростовских товарищей А.Софронова – писатели Александр Бусыгин, Григорий Кац, Михаил Штительман, Григорий Гридов и другие. В первые же военные строчки поэта пролилась скорбь о невозвратимости потерь.

Всё зримее представляется поэту образ родной страны терпящей неслыханные страдания и обретающей в страданиях гневную силу.

Поэтическая минутка «День был страшен».

Но вот оно и возвращение домой, правда, ещё не на Дон, а на Терек и на Кубань. Из госпиталя поэт приезжает туда с удостоверением военного корреспондента «Известий», в дни, когда началось наше зимнее наступление 1942 года. Но Дон ещё не освобождён, он ещё впереди. В те дни были написаны строки о всаднике, проезжающим по знакомой и всё же не узнанной улице и стихотворение «Казаки за бугром»:

Э-гей! Гей-гей! Не скошены, не смяты,

Гремят обвалом грозные полки.

Встают восходы, падают закаты, —

В седле, в седле донские казаки.

Поля, поля, широкие долины –

Мы всё пройдём, но с сёдел не сойдём,

Пока не грянет громом над Берлином:

«Э-гей! Гей-гей! Казаки за бугром!»

Из кубанских плавней возвращаются жители в испепелённый хутор, носящий бессмертное имя – Русский. И наконец-то поэт вправе произнести вслух давно уже томившие его слова: «Здравствуй Дон!»

Музыкальная пауза «От Волги до Дона».

Из каски, пробитой пулей, выбежал ручей, а на старом винограднике уже появились молодые побеги. Так почему бы теперь влюблённому казаку не намекнуть подруге, укутывая её полой своей прострелянной бурки:

След немецкого осколка не могу никак зашить:

То для бурки нет иголки, то тонка для бурки нить.

Вот хозяюшка была б – всё, что надобно нашла б.

— Я найду, она сказала. – Прикажи мне, я найду!

И под ветром задрожала, словно яблонька в саду.

И тогда сказал казак: Ликвидировать сквозняк!

День назавтра был погожий, день на вечер не похожий.

Зорька в поле расцвела, всё красавица нашла:

Нить, иглу из сундука и … донского казака.

Он начал как донской поэт и к чести своей, до конца остался донским поэтом, верным родному краю, хотя жил в Москве.

Музыкальная пауза «Ростов-город-Ростов-Дон».

Невозможно перечислит те все страны, где он побывал после войны по путёвкам Комитета солидарности стран Азии и Африки, Советского комитета защиты мира и других общественных организаций. Возвращаясь из поездок он привозит стихи и пьесы, посвящённые волнующим проблемам международной жизни, борьбе за мир.

И я хочу, чтоб сын вихрастый мой

Мог к сверстнику поехать в Сан-Франциско

И чтоб не пахло на земле войной

И призрака её не видно было близко.

Пусть встретятся, ещё друзей найдут, —

Планета широка и превосходна!

Пусть дышат, как орлы и пусть живут,

Как людям полагается – свободно!

И потому я с голубем стою

И обращаюсь через океаны

В одну семью, затем ещё в семью,

В одном краю, потом в другом краю,

Неся мечту заветную свою

Через моря и все меридианы!

Вот почему я с голубем стою!

Он знал и любил многих донских композиторов, артистов, писателей, но особенно нежно – Михаила Александровича Шолохова. Оставил о нём стихи и книгу статей-воспоминаний «Шолоховское».

Анатолий Владимирович имел завидную многогранность таланта: он был поэтом, драматургом, публицистом. Написал около 50-ти пьес, которые с 30-х годов шли на сценах ростовских театров музыкальной комедии и драмы. Во многих из них он оставался поэтом-комедиографом – стоит вспомнить хотя бы «Стряпуху».

Софронов – автор нескольких поэм и романа в стихах «В глубь времени»(1978-1983). Наиболее эмоциональна и выразительна «Поэма прощания»(1967). В 1967 году он закончил «Поэму жизни и смерти» отрывки из которой были опубликованы. В центре поэмы образы Есенина и Маяковского, раздумья о поэзии нашей эпохи.

Познакомившись с его творчеством, мы видим, как много успел сделать в жизни этот художник слова, наш талантливый земляк.

Спасибо за внимание!

Мероприятие подготовила зав. фил № 13 Крюкова Ю.А.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *